Интервью

Валерий Бобков. Ударный директор Симфонического оркестра

21 июня, 11:54

Всем, у кого день рождения летом, с детства хорошо знакомо чувство досады, когда одноклассники поздравляют именинника, вечером собираются к нему в гости, а у тебя все это было летом – на каникулах.

Вот, и у героя нашей публикации, известного артиста Симфонического оркестра Валерия Бобкова, день рождения летом, когда Карельская филармония уходит на каникулы. Именно поэтому мы решили заранее поздравить замечательного музыканта с грядущим юбилеем этим небольшим интервью.

У журналиста необычная профессия: отсутствие узкой специализации. Вчера он беседовал с ученым, завра будет делать интервью с фермером... Вот и сегодня мне, человеку далекому от музыки, предстоит встретиться с музыкантом. Но каждый уважающий себя репортер, прежде чем познакомится с визави, поищет в Интернете о нем какие-нибудь предварительные сведения. Итак, читаем официоз:

«Бобков Валерий Юрьевич, заслуженный артист Республики Карелия. Окончил Петрозаводский филиал Ленинградской консерватории имени Римского-Корсакова (артист-исполнитель, специальность "ударные инструменты"). С 1994 года – артист Симфонического оркестра Карельской государственной филармонии, концертмейстер группы ударных инструментов. Семь лет избирался председателем профкома оркестра, а с 2009 года занимает должность директора».

Отметим для себя такой редкий момент: артист и администратор в одном лице. А может, так оно и должно быть: ритм ударных - это те же цифры... А еще перед встречей нужно «пошушукаться» в кулуарах филармонии и люди скажут:

«За ним, как за каменной стеной. Валера (или Валерий Юрьевич, варьируется от возраста оркестрантов, но звучит всегда уважительно), как директор, всегда тщательно планирует все творческие и рабочие процессы – будь то ежедневные репетиции и выступления оркестра или масштабные гастроли в России и за рубежом. В прошлом году он организовал уникальный проект: выступление нашего и финского симфонических оркестров из города Йоэнсуу в Финляндии и в России. ООН - «Оркестр Объединенных Наций» - как тут же окрестили его меломаны, исполнил и в Петрозаводске, и в Йоэнсуу произведения русских и финских композиторов. Таким уровнем международного сотрудничества редко могут похвастаться именитые российские музыкальные коллективы».

Разговоры о Бобкове-артисте:

«Как зритель видит оркестр на сцене? Дирижер, по левую руку – первая скрипка, вокруг – остальные оркестранты. И у задника сцены – группа ударных инструментов, как всегда - в тени. И вот еще лет десять назад Валерий Юрьевич задумал сделать сольную программу ударных «Ритм нон стоп», которая осуществилась в 2016 году - в Международную ночь музеев. Репетиции «ударников», не только из симфонического оркестра, но и со всего Петрозаводска, шли даже для своих за закрытыми дверями. В день выступления в фойе филармонии выставили все свободные от концерта инструменты: барабаны, гонг, литавру... Я помню, как почтеннейшая публика "сошла с ума": каждый, от детей до седовласых дедушек, норовил сыграть дробь на барабане или ударить в гонг. Мы думали, что здание рухнет... Потом в Большом зале зазвучала музыка ударной группы Валерия Бобкова. Так близко на сцене зритель ее еще не видел, а уж то, как божественно могут смеяться и плакать ударные инструменты, оценила не только публика, но и профессионалы».

Разговоры о Бобкове-человеке:

«Частенько, не только в оркестре, а в любом коллективе, случается так, что человека, достигшего пенсионного возраста, с почетом, или тихой сапой отправляют на "заслуженный отдых". А он еще полон творческих сил. Благодаря Валере Бобкову, в прошлом профоргу, а теперь директору оркестра, этого чиновничьего правила не существует. "Человек сам должен решить, может ли он дальше играть, или уже в силу обстоятельств, тормозит работу оркестра", - раз и навсегда поставил условия перед администрацией филармонии Валерий Юрьевич. И сегодня мастера-ветераны Симфонического оркестра филармонии не только верно служат Искусству, но и с блеском солируют сложнейшие партии».

Разговоры о Бобкове-концертмейстере:

«В своей группе ударных инструментов Бобков дает возможность оркестрантам раскрыть свои возможности. У него нет узкоспециализированных артистов: они играют на разных инструментах. Такое не часто случается в оркестрах страны, где музыкант всю свою жизнь может провести за литаврой или барабаном. Валера дает возможность поиграть на различных инструментах - это не только профессиональный рост музыканта, это очень по-человечески».

Вот теперь можно встречаться с визави:

- Что же у вас было первым - ритм или цифры?

- Кастрюли. Мама рассказывала, что когда я был маленьким, то постоянно околачивался на кухне, но не помогал, а мешал, используя разнокалиберные кастрюли как барабаны. Я этого не помню, но ведь мама врать не будет. То ли мне нравился звук, то ли процесс размахивания руками… Трудно объяснить, но факт такой был.

Это увлечение продолжилось в школе. Когда нас приняли в пионеры, я совершенно наглым образом присвоил себе барабан и в течение всей пионерской жизни никому его не отдавал. Мы участвовали в смотрах и конкурсах строя и песни и постоянно выигрывали, а потом шли с барабанами по городу, гордые собой…

Наверное, за эти заслуги меня отправили в кружок барабанщиков Дома пионеров. Там мы под руководством Николая Ивановича Леонтьева, кстати, работавшего в театральном оркестре, изучали разные ритмы. И барабанил я до тех пор, пока не вышел из пионерского возраста. И тут в детской музыкальной школе № 1 открыли класс ударных инструментов. Не помню, кто мне об этом сказал – наверное, мама. Меня приняли, но… класс-то открыли, а с педагогом не договорились. В общем, первые полгода никаких занятий не было, и только с декабря моим первым педагогом стала Наталья Семенова. В оркестровой комнате филармонии до сих пор висят афиши с ее именем, которые я спас из консерватории во время ее ремонта.

А в старших классах был школьный ВИА - вокально-инструментальный ансамбль, который я, четырнадцатилетней пацан, организовал в том же Доме пионеров. Повзрослев, иногда "лабал" - играл в ресторанах Петрозаводска, такое время было...

- Когда музыка перестала быть просто увлечением?

- Я продолжал учиться в двух школах. В общеобразовательной оканчивал восьмой класс, а в музыкальной познакомился с педагогом студентом музучилища Владимиром Михайловичем Гайковым (будущий профессор консерватории), который соблазнял меня после восьмилетки пойти учиться к ним. Это сегодня молодежь легко меняет взгляды на профессию, а в советское время думали по-другому: если уж ты выбрал специальность, то иди с ней до конца. И тогда я понял, что не могу пока взять на себя такую ответственность… Решил окончить десятый класс - мало ли что: вдруг за два года сменятся ориентиры? В конце концов, в училище можно поступить и после десятого… Но, когда прием заявлений в училище был закончен, маме позвонил Владимир Михайлович, и с тревогой и волнением в голосе сказал, что «не видит Валериного заявления». Я об этом узнал и у меня всё окончательно «замкнуло». За один день забрал документы из школы и принес в училище. Где-то «на ступеньках» у меня приняли экзамен по сольфеджио…

Я до сих пор помню каждоутреннее ощущение выхода из дома с радостным, полетным настроением, потому что я сейчас приду в училище, буду играть, заниматься. Параллельно с музыкой у нас были все общеобразовательные предметы: от физики до физкультуры, что давало, помимо диплома, полноценный аттестат о среднем образовании.

На втором курсе Владимир Михайлович вдруг предложил мне освободившееся место в группе ударных в Симфоническом оркестре радио и телевидения КАССР. Мне тогда еще семнадцати не было. И вот в первых числах января 1981 года Гайков приводит меня на телевидение, к дирижеру Эдварду Чивжелю. Так что реально мой стаж работы в оркестре начинается на 13 лет раньше официального.

Тогда не было понятия «испытательный срок», и меня взяли сначала «просто так» на пару недель. Потом пригласили еще разик, и Чивжель сказал: «Да, пожалуй, можно принимать на работу». Но не получилось, потому что я настолько был занят музыкальными упражнениями, что забыл получить паспорт! Пришлось срочно бежать в паспортную службу…

Тогда нас в группе ударных инструментов было трое: на литаврах – Владимир Гайков, малый барабан – Василий Катанов и я – условно говоря, на большом барабане и тарелках. Когда встречались колокольчики или ксилофон – это тоже было мое «хозяйство». Вообще-то, в больших оркестрах существует четкая специализация: у каждого свой инструментарий. Ну, а мы с ребятами договорились, что по мере возможности будем «переходить» с одного инструмента на другой. И только, спустя 15 лет, стало работать попроще - к нам присоединилась Ольга Косырева.

Вот такая цепочка получается… Если бы не помощь стольких людей, я бы не оказался в оркестре. Так с 1981 года я здесь и обитаю.

Фото: Михаил Никитин, Артем Кузнецов